Я рассчитывал на то, что существуют также люди, которые более или менее отдаленность от всей Духовности воспринимают настолько тяжело, как жизненное препятствие, что они за сообщения из Духо-мира ухватятся с внутренней тоской.

И последующие годы это ведь полностью подтвердили. Теософия" и Тайноведение" как книги, которые предполагают в читателе добрую волю чтобы входить в тяжелую стилизацию, нашли широкое распространение.

Я полностью сознательно стремился дать не некое популярное" изложение, но такое, которое делает необходимым чтобы вникнуть в содержание с мысле-напряжением. Этим, я моим книгам запечатлил такой характер, что их чтение само уже есть начало Духо-обучения. Ибо спокойное, разумное мысле-напряжение, которое делает такое чтение необходимым, усиливает Душевные силы и делает их через это способными, чтобы приблизиться к Духовному миру.

То, что я книге дал титул Тайноведение" сразу же вызвало недоразумения. С некоторых сторон было сказано, что то, что желает быть наукой" не должно быть тайным". Как мало было обдумано такое возражение. Как если бы некто, кто публикует некое содержание, желал бы с таковым обходиться тайно". Вся книга показывает, что ничто не описано как тайное", но именно должно быть принесено в такую форму, что это будет понятным как только и любая наука". Или желают, когда употребляют слово естествознание (Naturwissenschaft)", не намекать, что дело идет о естестве"?

Тайноведение (Geheimwissenschaft)" есть противоположность природоведения (Naturwissenschaft)".

Моим созерцаниям в Духовный мир всегда снова противоставляли, будто они есть измененные воспроизведения того, что в течение более древнего времени выступало в представлениях людей о Духо-мире. Говорилось, что я якобы прочитал некоторое, это вобрал в подзонательное и затем в вере, что это происходило из собственного созерцания, донес к изложению.